Свинья ты, а не баба

Вздох протяжный:

— И ничего. Нельзя реветь в свой день рождения, нельзя.

— А если хочется?

— Потом пореви.

— А если…

— Что ты торгуешься, а? Сказал же: не реви. Не реви в день рождения.

Наклоняюсь, поднимаю с пола полотенце, и смотрю за своё правое плечо:

— А руки у тебя есть? Машинку стиральную открыть сможешь?

— Ну ты обнаглела, девка. Сама открывай. Нашла себе мальчика на побегушках.

— Да и чёрт с тобой, привидение.

Бросаю полотенце обратно на пол.

— Чёрт всегда со мной. С тобой, кстати, тоже.

Смеюсь:

— Да со мной рядом вечно черти какие-то. Постоянно. Их только зовут почему-то по-разному:

Миша, Петя, Коля, вот, ещё.

— Особенно, Коля, да.

— Он меня бросил, привидение… — Говорю вдруг, и соплю носом втягиваю протяжно.

— Горе какое. Я тебе с самого начала говорил: шли ты его нахуй, ничего путного не будет… Разве ж ты послушалась?

— Не говорил ты мне ничего!

— Говорил. Другое дело, что ты слышать не хотела.

— А почему сейчас слышу? Потому что водка палёная?

— Потому что день рождения. Ты меня утомила уже своими вопросами. Потому что день рождения у тебя. А ты ревёшь.

— Ага… То есть, если я реву в день рождения – я сразу тебя слышу?

— Понятия не имею, если честно. Сам пересрал, когда ты вдруг ответила.

Провожу ладонью по столешнице. В руку попались скомканная салфетка, и чек из продуктового магазина. Ладонь почему-то мокрая – бумажки прилипли сразу. Держу ладонь вертикально – они не падают.

— Смотри: фокус-покус. Я умею притягивать бумажки.

— Молодец. Дедушка будет рад твоему таланту. Ты только развивай его.

Сжала бумажки в кулаке, и плюнула за правое плечо:

— Тьфу на тебя, нечистый. Отстань от моего дедушки. И прекрати о нём все время говорить.

— А о чём с тобой ещё разговаривать? Ты же овощ.

— А ты привидение.

— Кто сказал?

— Я.

— Как всегда, мимо тазика.

— А почему я тебя тогда не вижу?

— Суслика видишь? Вот и я не вижу. А он есть.

— Хитрый ты.

— А ты дура.

— И овощ?

— Пожалуй, с овощем я перегнул палку. Нет, ты просто дура.

— Поэтому меня никто не поздравил сегодня, да?

Снова протяжно втянула соплю носом.

— А для тебя это так важно?

— Очень. Мне ж не нужно ничего, привидение…

— Не называй меня так.

— А ты не перебивай. Пришёл – значит, сиди и слушай. У тебя жопа-то хоть есть? Ну, на чём ты сидишь?

— Господи, святый боже… За что ж ты мне досталась-то?

— У дедушки моего спроси. Так вот: мне ж не нужно ничего, правда. Подарков не надо, цветов тоже… Они забыли просто, привидение. Забыли. Все забыли…

— Ну, что-то ты загнула, подруга. А папа? А сын твой? А сестра троюродная?

— Это не то… Друзья забыли… А Коля-сука…

Зарыдала.

— Из-за него ревёшь, что ли? Нашла повод. И никто тебя не забывал.

— А Юлька?

— Ты давно ей звонила? В больнице она сейчас. Дочка у неё болеет сильно. Кстати, Юлька тебе эсэмэску написала, только ты телефон на зарядку забыла поставить – вот и не дошло.

— А Ирка?

— Ирка в роддоме сейчас лежит. Рожает, между прочим. Через три часа мальчика родит. Сама понимаешь, ей не до поздравлений.

— Хорошо. А с Женькой что?

— В армии он, забыла что ли? Хабаровск. Китайская граница. И телефона у него там нет.

Вопросы кончились.

Водка кончилась ещё раньше.

Пошарила ногой под столом.

Зазвенело.

— Слушай, привидение… А можно мне Ирке позвонить?

Читай продолжение на следующей странице

Свинья ты, а не баба