Итак: заправка, касса к бабуле идут два амбала. Публика делится пополам: одна достает телефоны и поп-корн, вторая – в поисках аптечки

На заправке чуть зависает касса. Все клиенты становятся зрителями. На сцене двое. Боевая бабушка…нет…язык не поворачивается ее так назвать. Взрослая мэм. Хорошая осанка, поставленный голос, уверенный взгляд. Судя по ауре – юность была крепкая, еще до 90-х, в которых она просто смеялась в лицо эпохе. С ней внук.

Явно воспитываемый в японских традициях – слова «нет или нельзя» — запрещены. Но баловать – это не синоним «отсутствия требовательности».

Пацан лет 8. Немного смахивает замашками на героя О’Генри «Вождь краснорожих». Касса висит. Все ждут. У бабушки легкий диалог-троллинг с внуком. Чтобы было понятно – ассоциативно:

Бабушка – крепкая блестящая рельса. Внук – гибкий, юркий трос.

— Сходи в туалет.

— Может не надо?

— Может и не надо. Но останавливаться я не буду.

— А я в окно!

— Встречный ветер.

— Я открою окно в багажнике (видимо у бабули джип).

— Хорошо. Намочишь джинсы – сам постираешь и помоешь машину. (пауза)

— Лааадно… (пацан уходит…возвращается)

Чтобы читать далее перейдите на следующую страницу

Итак: заправка, касса к бабуле идут два амбала. Публика делится пополам: одна достает телефоны и поп-корн, вторая – в поисках аптечки