Последний трамвай. Мне 30 лет. Жизнь абсолютно не удалась. Я всё ещё не замужем, хотя пора бы и детей завести

ПОСЛЕДНИЙ ТРАМВАЙ

Сумерки. Очень холодно. Только одинокий фонарь тускло освещает остановку. Транспорт уже не ходит. Я тихонечко лежу на крышке люка. Немного теплее становится от неё. Сначала я трясся от холода, потом нашёл люк, лёг, поджав под себя лапы и укутав морду хвостом, согрелся. Когда я был совсем ещё маленьким щенком, меня грела мама. Потом её не стало.

Мне было очень одиноко, приходилось самому лазить по помойкам в поисках хоть какой-нибудь еды. Ночами я тихонько скулил от холода, голода и одиночества. А когда подрос, стал выть, глядя на луну. Вот и сейчас хочется кушать, хочется согреться и заснуть. Раньше я мечтал, что меня увидит тот единственный человечек, который захочет взять меня в свой тёплый уютный дом. Я ждал долго, подбегая ко всем прохожим, заглядывая с надеждой в глаза, но, видимо никому не нравился. А что во мне могло понравиться? Большая неуклюжая собака с чёрной шерстью, давно сбившейся колтунами. Глаза грустные, бока ввалились от постоянного дефицита еды. Хвост висел жалкой мочалкой. Уши болтались, как лопухи. Ничего хорошего. Я и сам это понимал, но продолжал ждать.

А люди проходили мимо. У многих были красивые начесанные шпицы на руках, бежали лохматые йорки на поводках, сияли голубыми глазами ухоженные хаски. И все надменно усмехались, глядя на меня. И всё же мне тоже было, кого ждать. Вот и сейчас я всматривался в даль, словно что-то должно было приятного случиться и в моей собачьей несчастной жизни. Вдруг я услышал лёгкий стук по рельсам. Вглядевшись, стало понятно – это последний трамвай неспешно приближался к остановке. Через несколько минут он остановился. Я вскочил, замер в ожидании и с надеждой смотрел на открывающиеся двери. И тут вышла ОНА.

Самая милая, самая красивая, словно тепло исходило от неё. А как она пахла! Какими-то вкусными пирожками или булочками в смеси с тонким ароматом духов. Но пряный запах булочек с корицей всё же духи перебивал. Я подскочил к ней, завилял хвостом, что было сил, заглядывал в её глубокие добрые голубые глаза. Если вам кто-нибудь скажет, что цвета собаки не различают, не верьте! Глаза у неё именно голубые, как небо в ясную погоду. Она остановилась, ласково заговорила со мной. Так кроме неё никто никогда не делал. Все обычно с опаской обходили меня стороной, либо отгоняли, бросая камнями. Она улыбнулась и достала из сумки те самые булочки.

Запах корицы был очень приятный. Я отступил от неё, немного опасаясь, не зная, что мне ожидать. Хоть я видел её уже не первый раз, всё же немного не доверял. Слишком часто меня обижали люди, замахиваясь, чтобы отогнать прочь. А она протянула мне угощение. Глазам своим не поверив, я отступил ещё дальше. Это мне? Это всё мне? Такую мягкую, такую пахучую булочку мне? Я осторожно потянулся, взял зубами и проглотил эту немыслимую вкуснятину. Она словно провалилась в пустой желудок, моментально растаяв. Девушка протянула руку и с опаской дотронулась до моего мокрого холодного носа.

Мы оба немного боялись друг друга. Но будучи благодарным за угощение, я взвизгнул от радости и уже с полным доверием подставил голову под её руку. Она гладила меня, трепала за холку, а я жмурился и хотел, чтобы это никогда не кончалось. «Завтра я принесу тебе что-нибудь посущественней!» — сказала моя принцесса и быстро застучала каблуками прочь. Я стоял и смотрел в след. В воздухе всё ещё стоял чуть уловимый запах корицы и духов. Наступил следующий день. Теперь я боялся отходить далеко от остановки. Быстро добегая до ближайшей помойки и подкрепившись немного, я возвращался к трамвайным рельсам и садился, снова вглядываясь в даль. Так я сидел часами.

Прохожие так же с опаской обходили меня, кто-то пытался пнуть, кто-то кидал камнями. Я отскакивал в сторону, стараясь уберечься, и вновь возвращался на прежнее место. Ждал долго, терпеливо. Казалось, что даже несколько дней жизни можно отдать за запах корицы и добрые голубые глаза. Стемнело, вот и последний трамвай уехал с остановки в депо, тихо стуча по рельсам. Её не было. Я вздохнул тяжело, положил голову на лапы и провалился в сон. Рассветало. Есть уже хотелось нестерпимо. Я долго пытался откопать среди отходов на помойке что-то стоящее, но безуспешно.

Напившись грязной воды из лужи, я поплёлся на остановку. Тяжело плюхнувшись на крышку люка, задремал снова. Видимо был выходной. Не было сегодня той обычной спешки людей, бегущих на остановку. Можно было дремать спокойно, не боясь, что получишь пинка. Мороз был лёгкий, но от сырости я всё же продрог. Зубы слегка постукивали, а желудок свело от голода. Словно теряя сознание, я опять провалился в тяжёлую дремоту. Вдруг я услышал стук каблучков. Из последних сил я подскочил. Тело было каким-то тяжёлым, ватным, а лапы слегка подгибались. Последнее время удавалось найти совсем мало еды. То ли я не успевал за другими, то ли люди стали меньше выбрасывать съедобных отходов. От голода я совсем обессилил. И всё же я бежал к НЕЙ.

Бежал так быстро, как мог. Я удивился, с какой радостью ОНА смотрела на меня. Никто ещё никогда так на меня не смотрел. Она достала пакет из сумки, и вдруг из него так запахло. Это был особенный запах, такого я не чувствовал никогда. Слюни предательски начали капать на снег. Я перебирал лапами от нетерпения и поскуливал. ОНА дала мне очень много еды. Столько, что, казалось, съесть это будет невозможно. Я быстро хватал всё это добро, проглатывал не жуя, страшно боялся, что оно исчезнет. Иногда озирался, ища глазами собак с соседних улиц, которые могли отнять мою еду. ОНА стояла и ждала, когда я поем и что-то очень ласково мне говорила. Слыша её голос, мне становилось так спокойно, как давно уже не было. Желудок наполнился, и я, наконец, согрелся.

Она потрепала меня за холку и пошла к остановке. Я вилял хвостом, с благодарностью глядя в след. Сил стало гораздо больше. Еду сегодня не надо было искать. Мне было тепло, я кувыркался в снегу, ловил пастью снежинки и радовался солнечному морозному дню. Теперь я ждал её просто потому, что любил. Совсем не из-за её угощений, а просто любил её запах, любил её руки, её глаза и ласковый голос. Я хотел её видеть рядом всегда, чувствовать прикосновение рук. Мир стал для меня гораздо интереснее, жизнь наполнилась смыслом и ожиданием. С того момента я видел её часто, и каждый раз ОНА несла мне какое-либо угощение.

*****

Мне 30 лет. Жизнь абсолютно не удалась. Я всё ещё не замужем, хотя пора бы и детей завести. Но как-то не складываются отношения с мужчинами. Хотя я довольно хороша собой. Волосы светлые длинные, глаза голубые, большие. Да и фигура неплохая, спорт я люблю. Работы тоже хорошей нет. Еле устроилась в небольшую пекарню кондитером, хотя имею красный диплом института. Но не найдёшь у нас в городе нормальной работы без знакомств. А откуда им взяться, когда я в деревне выросла.

Чтобы читать далее перейдите на следующую страницу

Последний трамвай. Мне 30 лет. Жизнь абсолютно не удалась. Я всё ещё не замужем, хотя пора бы и детей завести