Приехали мы к маме. Заходим в подъезд, а там сидит мальчонка пяти лет и плачет горькими слезами: — Ты чего, ревёшь?

Третья улица Строителей

Сегодня история была.

Приехали мы к маме. Заходим в подъезд, а там сидит мальчонка пяти лет и плачет горькими слезами.

— Ты чего, — спрашиваю, — ревёшь?

А он отвечает:

— Я к бабушке приехал. Пошёл во двор гулять, вернулся, а она дверь не открывает.

Я говорю:

— Ну и чего сопли пузырями надуваешь? Бабушка, наверное, в магазин вышла, сейчас вернётся.

А он ревёт, аж трясётся. Маленький такой, до того жалко — не передать.

— Тебя как зовут?

— Ро-о-ома…

— Ты из какой квартиры?

— Из восемна-а-адцатой…

А в восемнадцатой квартире новые жильцы, я их ещё не знаю. Позвонила туда — тишина. Ну не оставлять же рыдающего ребёнка на лестнице?

— Пошли, — говорю, — Рома, в гости. А бабушке записку в дверях оставим.

Пришли домой. Пока муж его развлекал, я записку написала: «Рома находится в кв. 28». Спустилась, сунула в дверную щель.

Возвращаюсь, Рома уже с моим великовозрастным мальчиком машинки по полу катает, всё хорошо.

Умыла его, спрашиваю:

— Борщ будешь?

— Буду.

Навернул тарелку борща, только ложка мелькала.

— На второе голубцы. Будешь?

— Буду.

Аппетит завидный, не придерёшься. Два голубца смёл в один присест.

Чтобы читать далее перейдите на следующую страницу

Приехали мы к маме. Заходим в подъезд, а там сидит мальчонка пяти лет и плачет горькими слезами: — Ты чего, ревёшь?